pechkin: (сумасшедший домик на вершине горы)
http://www.ynet.co.il/articles/0,7340,L-4659400,00.html
http://mignews.com/news/arabisrael/world/200515_85552_68595.html
http://www.timesofisrael.com/yaalon-said-to-effectively-separate-jewish-arab-bus-riders-in-wb/
http://www.jpost.com/Arab-Israeli-Conflict/Attorney-General-to-Yaalon-Who-says-you-can-order-separate-buses-379973

Давайте так. Давайте осторожно. Я узнал об этом из газеты и по радио, сам я не езжу в этих автобусах никогда, и сам я никогда не был палестинским гастарбайтером. Мне могли все наврать, могли перегнуть палку и передраматизировать, а на самом деле все обстоит совсем по-другому, а я не в курсе и не в теме.

Но если дело обстоит так, как там написано, то это дикий гребаный стыд за мою страну. За ее правительство, министр которого принимает такое решение, и за ее народ, выбравший премьера, который назначил такого министра. За тех сограждан и соотечественников, которые это решение одобряют.

Вкратце, что я понял: арабам, работающим в Израиле, велено возвращаться обратно на территории только через четыре КПП (раньше было 12), и запрещают ездить по территориям израильским общественным транспортом. Потому что от них воняет, потому что они пристают к девушкам, потому что они забивают весь автобус, и в него не могут сесть студентки в университете Ариэля. Потому что они опасные, и вообще стрёмно ездить в этом автобусе. Такие ответы слышал по радио. Других не слышал.

Мысленный эксперимент: представим себе, что досам из Бейтар-Илита запретят садиться в эгедовские автобусы. (А разрешат только в "илит"овские.) Что эфиопов не сажают в междугородний или городской, идущий в их мерказ-клиту, а дают им специальный автобус. Или не дают, а предлагают нанять на свои. Вы - вот ты - за?

Нет? А тогда в чем разница?

Утверждать, что расизма нет - все равно, что утверждать, что гомосексуализма нет. Или что воров нет. Что все десять заповедей весь святой народ Израиля соблюдает на все сто процентов. Что никто никогда не врет. Ну, вранье это. Недостойное вранье.

Расизм есть. Он есть во мне самом. Уж на что я люблю и знаю эфиопскую музыку, на что уважаю выходцев из Эфиопии за подвиг их родителей, двинувшихся через пустыни и лагеря в неведомый Иерусалим, за их преданность и любовь к моей стране, любуюсь их красотой - а вот мимо эфиопских баров на Агрипасе прохожу с опаской. Потому что они не такие, как мы, и кто его знает. Стрёмно. Вот этот стрём и есть расизм. Ксенофобия - боязнь не такого, как ты. Отрицать ее было бы просто недостойно, лживо.

Но на то же и дан человеку разум, чтобы преодолевать инстинкты. Вот те инстинкты, которые именем естественного отбора требуют: убей, укради, выгони отца и мать, если от них нет толку в хозяйстве, возжелай жену ближнего своего, да и вола и его и осла его - пригодятся - и так далее. На то дан разум, чтобы человек имел эволюционное преимущество перед гориллой, хотя горилла его и сильнее, и ловчее, и реакции лучше, и член длиннее имеет.
pechkin: (сумасшедший домик на вершине горы)
pyl
Так в Тель-Авиве.
IMG_20150211_145550
Так у меня на работе.
pechkin: (сумасшедший домик на вершине горы)
У них там явно какой-то серьезный сюжет из хорошей литературы разворачивается, там, в "Капле молока" в Бейтар-Илите. Звонит жена туда взять очередь на следующую прививку, а секретарша ей говорит: "А я уже компьютер выключила." В десять-то утра. Жена спрашивает, а когда позвонить, чтобы вы включили? "А вы знаете, очередей сейчас нет." - А когда будут? - "А вы знаете, мы сейчас до девятого ава не принимаем, не даем очередей на прививки." А это следующий вторник, а сегодня четверг. - А почему? - "А потому что мы верим, что, может быть, придет Машиах, и тогда никому не надо будет делать прививки."

- Что? - Жена выпадает немножечко, но, как она всегда у меня молодцом, так и сейчас быстро приходит в себя и просит к телефону кого-нибудь взр... нрм...кого-нибудь другого. Трубку берет медсестра Сара. Простите, вы действительно не выдаете очередей на прививки, потому что считаете, что придет Машиах? - Ну, мы, конечно, действительно верим, что Машиах должен придти. Но, конечно, мы вам очередь дадим. Но, вы знаете, не на прямо сейчас, потому что у нас у одной медсестры вот, вы знаете, сын в Газе ранен, и она сейчас при нем, а другая (это я) с трудом справляется.

И, подумал я вдруг, ведь эта девушка, которая там берет трубку и отвечает так лихо, она, наверно, никакая не секретарша вообще. Она, наверно, просто заходит туда, потому что живет по соседству. И помогает, по доброте душевной. Тут пол протереть, тут чаю сготовить, тут на телефон ответить, очередь назначить. И ей приятно, что вокруг все время мамашки, младенчики и богоугодность. И, конечно, ее не гонят оттуда, чего же ее гнать-то, ведь помогает. А что заговаривается иногда - да подумаешь. Ты будто никогда не заговариваешься сам.

А в газете такая была статья: домушник один залез в квартиру. Пустая стоит уже не первую неделю. Ну, он присмотрел и залез. Ходит, собирает там, наверно, ценности - не знаю, как это у них делается, что они при этом думают, никогда не общался с профессионалами. Какая у них специфика там при этом. И вот он открывает одну комнату и видит: комната пустая. У стены стол. На столе - автомат на подставке. А над столом на стене фотография - солдатик молоденький. Фотка была в газете, поэтому я знаю, что он увидел. И доперло до нашего домушника, в чью квартиру он залез. И он быстренько все, что набрал, скинул - уж не знаю, разложил ли по местам, думаю, что вряд ли, время поджимало. Но времени ему хватило еще письмо написать с извинениями. И ушел, как пришел.

И родители, когда вернулись из-за границы и письмо это нашли, попросили полицию дела не открывать.

Не знаю, правда, послушали их в полиции или нет. Газета говорит, солдат погиб в катастрофе вертолетов в 1997.
pechkin: (сумасшедший домик на вершине горы)


Снег в саду вполне еще лежит, хотя он уже даже не мартовский, а апрельский. Сад наш зимой очень затененный - из-за соседской веранды, пальмы других соседей и самосевной туи за забором. Снеговик вполне простоит до Нового года. Бедствий стихия нам особых не принесла: только обломалась образующая ветка на хурме, но ее, вполне возможно, удастся подвязать и приживить. Кто знает, из чего и как делается садовый вар - милости просим. Ну, померзла традесканция, папоротник и слезки младенца. Папоротник, я думаю, оправится. Всем остальным - ну, может быть, кроме кактусов, а может быть, и колель кактусы - холод зимой только на пользу. Злее цвести будут.

А у соседа навернулось пол-ореха. Соседка - кстати, она ведьма, хоть и добрая, нормальная такая индийская ведьма, и работает в образовании неспроста - утверждает, что мы когда с соседом спилили ветку, которая стучала нам по крыше - самую маленькую из нескольких - то дерево потеряло равновесие, и вот теперь оно разломалось. Ну да, и вовсе не из-за тонны снега, которая на него легла. Теперь она причитала, что весь орех придется спилить, хотя, по-моему, оставшиеся полдерева вполне себе выстоят, и даже лучше будут себя чувствовать. Веселее будут стучать нам по крыше. Ну, если спилят - будет больше света нашему палисаднику и мируськиной комнате. А то там темно уже с полудня.

Без света мы сидели всего лишь ночь и полдня. Конечно, неуютно знать, что никакие компьютеры не заработают. Но справиться с этим можно. Газовая плита рулит.

Дороги уже вполне сухие и безопасные, по крайней мере, с девяти утра до семи вечера. Хотя многие дороги сугробы сузили до одной полосы.

Коммунальные службы отработали у нас если не отлично, то по меньшей мере хорошо. Трактор уже в воскресенье разгребал улицы, в понедельник солдат пригнали расчищать детские сады и школы, ветки опасные отпилили и постепенно увозят (да, насчет камина в доме серьезно стал подумывать - на том месте, где сейчас почти что бесполезный телевизор, хотя, наверно, не очень умно пристраивать камин ко внешней стене). Магазин открылся в воскресенье, и там пекли свежий хлеб и булочки; вот подкачала - открылась только вчера, а была серьезно нужна лично мне, и я каждый день записывался старательно и приходил к закрытым жалюзям. На сайте никаких апдейтов не было, ай-я-яй вам, www.mzh.co.il.

А вот у нас тут спор с коллегами вышел: была в нашем детстве лыжная мазь для +8, или не было такой?
pechkin: (сумасшедший домик на вершине горы)
Да что тут напишешь. Таких людей посылают стране, народу, языку раз в истории. Ну, редко когда несколько раз - если очень везет стране, народу и языку. И в былые времена, когда информации было мало, а памяти много, его бы помнили столетиями. Песни бы его пели как народные, как свои собственные. Его манера петь и держаться стала бы национальным признаком, вошла бы в скелет культуры. Впрочем, может быть, уже и вошла, нам ведь это изнутри заметить трудно.


Кстати, я оказался прав, неожиданно для себя - Шломо Арци, тоже, между прочим, планета на нашем музыкальном небосклоне, вчера по радио сказал, что теперь все микрофон держат так, как Арик держал.

И дело не в десятках, если не сотнях, альбомов, фильмов, передач. Это много кто может - никого не хочу обидеть, но вспомнил несколько певцов, тоже с полувековым стажем; но вздохнет ли по ним вся страна? будут ли все радиостанции, все телеканалы, не сговариваясь, целый день крутить только их? или вот, как у Эрика в школе, поставили в коридоре проектор, присоединили к ютьюбу и непрерывно крутили клипы на всех переменах... Арика любили все, вся страна. Точнее - лучшая ее часть. Те люди, которые строят города и заводы, воюют, растят хлеб, делают открытия, пишут программы. Это они сейчас там, на площади Рабина, со свечами и гитарами. Они смотрели на него, слушали его - и видели, какими они хотят быть. Как выглядеть, как звучать.

Простой, не поставленный, голос с хрипотцой, неистощимый юмор, всепокоряющая скромность, простота и открытость. Он никогда не считал себя чем-то особенным. Простой тель-авивский парень, прожженый болельщик "аПоэля", по молодости сам и баскетболист, и прыжки в высоту. (По радио говорил таксист: "Много лет его знаю, сколько раз возил с концертов, любил он часа в четыре ночи спрашивать, в каком году такой-то нападающий забил третий гол на какой минуте - "ты помнишь? Ну как же такое можно забыть? Я вот кучу такой ерунды помню, чемпион мира по бесполезным фактам о спорте!") Кто-то сказал: "Вы говорите, это был голос Израиля. Дак нет - это и был сам Израиль." Арик мог изобразить любой акцент - русский, польский, английский, французский, арабский, персидский, итальянский. Он пел детские песни - любимая кассета у моих детей, "Как большие", с Йони Рехтером - пел рок, и самый безбашенный, и самый бескомпромиссный, пел классическую поэзию. Все у него получалось легко, красиво, без малейшего напряжения, без малейшей натяжки. Непостижимо правильно, бесконечно позитивно. Его песни учат в детском саду, потом под них растут, влюбляются, взрослеют, рожают детей, провожают детей, строчки его песен выбивают на могилах. Тоже Шломо Арци сказал. Но это правда, правда.

Я купил две его пластинки - винил - за пять, что ли, шекелей на блошином рынке в Яффо. Просто прикольно было - пластинки 60-х годов, держать их в руках, что они вот ровесники великих, культовых, альбомов-столпов истории. Уже когда удалось найти, на чем их послушать, я понял, как мне повезло. Мог бы вообще не узнать. Почему-то мне трудно полюбить то, что, кроме меня, любят еще многие. Требует какого-то отдельного мужества. А вот когда сам нашел - или показал кто-то близкий настолько, что, считай, сам нашел - это другое дело.

Для меня лично Арик Айнштейн - это Израиль моей мечты. В который я отчасти и попал, а отчасти только стараюсь вокруг себя создавать, своим воображением и соображением, выглядывать его во всем и одновременно излучать. Страна, которую пели Меир Ариэль, Ариэль Зильбер, Шалом Ханох, "Каверет", Айнштейн - и их творческие потомки.
Пожалуй, что и правда - солнце израильской поп-музыки закатилось. Но будем надеяться, что семена, которые успели под ним созреть, скоро дадут урожай.

И только вот вчера узнал, что, оказывается, две дочки Арика вернулись в лоно веры (ну, как еще по-русски сказать?) и вышли за двух сыновей Ури Зоара.
Я там внизу набросал своих любимых песенок )А самое-то главное забыл! Фаворов - для тебя!
pechkin: (сумасшедший домик на вершине горы)
Насчет того, что большинство обгонов рискованных, противных ПДД и бессмысленных, совершают в нашей стране водители именно черных машин - соотечественник, посмотри вокруг себя и посчитай, ты поймешь, что я прав.

На одной из предыдущих работ мы как-то сидели и выясняли, в какой части света как определяют водители, кто кому должен уступать. В одной шестой - по стоимости машины. Они там натренированы мгновенно оценивать стоимость автомобиля и сравнивать со своей. Более дешевая машина уступает. В Индии, рассказал Таль Гадиш, славный программер, изучавший ниньдзюцу и много путешествовавший по Востоку, право преимущественного проезда имеет тот, у кого машина больше размером. В Германии это определяется правилами дорожного движения, и все их соблюдают, даже наши водители, туда попав. То ли это такой массовый гипноз, и там где-то ретрансляторы поставлены, как у Стругацких, то ли что-то другое влияет.

А в нашей маленькой стране это право определяется цветом машины. В стране, где все дорожные знаки не более чем предупреждающие, а разметка дается водителям исключительно для информации, иначе и никак. Черным машинам уступают все. Кроме таксистов, но они у нас вообще пользуются отдельной физикой и геометрией пространства. Но и черные машины уступают желтым, потому что на желтых ездят болельщики иерусалимского Бейтара, то есть, по-метропольски говоря, отморозки. И еще есть красные машины, которых боятся даже желтые, если постарше и поумнее, потому что красная машина - это открытый вызов так называемому здравому смыслу. Поэтому когда Фаворов, приезжая, берет в прокате красную машину, мне как-то спокойнее за него. Он в своей весовой категории, и не вводит никого в заблуждение, чреватое ДТП.

Окей, но - оставляя пока в стороне вопрос, что заставляет человека покупать именно черную машину - что же заставляет водителя черной машины ежеминутно совершать эти жуткие обгоны, так что и таксист проявит вполне гуманоидную эмоцию, покачает осуждающе головой?

Ответ коренится глубоко в истории, даже лучше сказать, в самой сути еврейского народа.

Мы, евреи, как тонко заметил один знаменитый гой - но не Черчилль, это точно - такие же, как все остальные народы, только немного больше на них похожи. Мы очень, вследствие этого, разные. Мы говорим на всех мыслимых языках мира, мы бываем всех рас, всех оттенков кожи, всех цветов глаз. Мы тут у себя дома занимаем все социальные страты, как ни нарезай общество - по достатку ли, по образованию, по религиозности.

Объединяет нас одно. У нас у всех была и есть еврейская мама. А идише маме, има полания. На протяжении тысячелетий нашей истории, когда на историческую авансцену из тьмы внешней выходили и ненадолго замирали в гордой позе перед рампой фараоны, вавилоняне, ассирийцы, персы, греки, римляне, арабы, монголы, османы, британцы, большевики, и вот теперь американцы, наш народ растила и воспитывала наша еврейская мама. Все остальное у нас разное - мама у нас еврейская.

И она говорила нам в детстве: "Додик! Что ты делаешь с собой! Додик! Ну посмотри на соседского Яшу! Яша писает в горшок! Яша учится на одни пятерки! Яша женился и поступил в университет! Яша стал профессором, лауреатом, чемпионом, миллионером, у него восемь детей и он ездит на мерседесе! А ты? Ты мое наказание. За что мне такое наказание? За что мне эти слезы, Додик? Ну как, как ты можешь так расстраивать маму, Додик?"

Никак, никак не может Додик расстраивать маму. И он учит ненавистную алгебру, поступает в университет, пишет книгу, он открывает новую планету, он рожает восемь детей, он создает фейсбук и побеждает на олимпиаде. Он устраивает революцию и покупает мерседес. Но Яша-то получил нобелевку, а ты все топчешься в профессорах. Яша уже генерал, Яша стал директором Микрософта, Яша родил девятого, чудо что за девочка, уже умеет читать и танцевать! За что мне это наказание? Ты шлимазл, Додик, ты весь в своего папу. Посмотри, все тебя обгоняют, даже этот поц на белом фиате-уно!

И, взревев мотором, Додик вылетает на встречку.

Его бедная мама уже давно спит на проспекте Александровской Фермы, на Сайпрес-хилл или на маленьком киббуцном кладбище под высокими кипарисами в тени Гильбоа. Но голос ее не умолкает в его голове. Он интернировал его. Еще до того, как он узнал свое имя, он узнал, что он - шлимазл, которого все могут обгонять на фиате-уно. И этими обгонами, этими шныряниями из ряда в ряд, с риском для жизни, своей и десятков чужих, он выигрывает метр, два, доли секунды. Но в эти доли секунды он чувствует себя победителем, он надеется, что маме будет приятно. В эти доли секунды.

А еще внутреннюю еврейскую маму прекрасно дополняет внешняя еврейская жена на пассажирском сиденье.
pechkin: (Default)
Дети на детской площадке бросают игру и машут руками проезжаюмщему автобусу: "Автобус! Бай-бай, автобус!!" Так мы в моем детстве кричали вслед непонятно зачем залетевшему в наши глухоманные небеса над нашим детским садиком самолету: "Самолет!" Пока он не улетал за тучи, демонстрируя эффект Допплера.

У нас в поселке автобус нечастый гость. Но долгожданный.

Во сне мы с женой компилировали себе ребенка из какого-то репозитория. Это точно был не git, а svn.
pechkin: (Default)
Между прочим, одежда, в которой нельзя ходить на работу - это признак благородного сословия. Пелевин написал, в книжке про вампиров, ближе к началу. Раньше это были метровые рукава, туфли с загнутыми носками и шляпы высотой с автобус, теперь это рваные джинсы и сандалии. И я считаю себя просто обязанным не на работе носить не рабочее. Просто для себя, чтобы не забывать, где работа, а где я. 
Для привлечения внимания казус, вчерашний.
Read more... )
pechkin: (Default)
Радио вообще.

Вчера нам с Буськой по дороге в садик проиграли что-то совершенно невероятное по красоте и воздушности; я уже на работе по программе передач восстановил, что это было - Lark Ascending Ральфа Воэн-Уильямса. Я про такого композитора раньше не слышал ничего, но мне крупно повезло.

Изредка попадается в мире музыка, про которую я думаю - вот это моя, вот такое я бы сочинял, играл и пел, если бы умел и не считал бы обязательным делать все на что-то похожим (циньлиня никто не видит, потому что он ни на что не похож). Случалось такое раз семь-десять, наверно, последний был вчера. Ральф Воэн-Вильямс.

Англичанин, естественно. Как бы даже не из Кентербери бы. Наверно, во всей большой Англии, которая страна моей внутренней сущности, наверняка есть уголки, которые особенно ей соответствуют. Или каким-то ее частям. (Ну, в общем, ни фига, это Глостершир, верховья Темзы.)

А недели две назад на радио позвонил в живом эфире мужик - там есть такая передача, классическая музыка для водителей автобусов и грузовиков, я же тоже водитель, детовоз, утром слушаю только эту станцию; и он туда позвонил, и рассказал, как во время войны Судного Дня их четверо нахалевцев поставили охранять какой-то перекресток посреди Синая, полный миддл-оф-новхере, а в это время в Израиль прилетел с концертом поддержки какой-то знаменитый тенор, я не запомнил фамилии. А у них рация коротковолновая, передачи израильского радио не принимает. Но, говорит, на счастье, у одного из наших был радиоприемник, он его сам собрал, он радиолюбитель был. И, говорит, мы поделились на две пары, сначала одна пара втыкала по наушнику в ухо и слушала вашу передачу, а потом пары менялись. Вот так мы лежали там на крыше блиндажа, слушали этого тенора в одно ухо посменно. И таких, говорит, звезд я никогда в жизни больше не видел.
pechkin: (Default)
2012-04-21 Маковое поле
Кстати сказать, в этом месте действительно были суровые бои в 48-ом, много наших полегло.
pechkin: (Default)
На маковое поле на углу 375-й и 3855-й больше ездить незачем, его скосили на прошлой неделе. Ждем следующего года и надеемся на обильные дожди.
pechkin: (Default)
Пора переставать уже лениться и написать псто "как мы провели выходные".

Оказывается, наша Чаща Всего на диво полна талантами. И по весне, когда солнышко уже блестит, но травка еще зеленеет, наш царь Дадон (глава регсовета Удела Иудина Моше Дадон) учинил в двух поселках, Цафририм и Гиват-Ешайягу, такой странноватый фестиваль искусств и еды. Все художники, скульпторы, фотографы и прочие деятели изящных искусств, в изобилии в этих краях проживающие, свезли туда свои произведения и устроили выставки-продажи, а еще съехались туда пивовары, хлебопеки и сыроделы и тоже давай свою продукцию выставлять и продавать.

Сперва мы посетили магазин шведской антикварной мебели и утвари. Как обычно, в хорошее место мы попадаем с заднего хода - мы поехали не по главной улице, а по околице, но нашли все-таки, что искали. Натурально, входишь в сарай и попадаешь в Швецию. Причем сразу и конца XIX, и конца XX века. Кованые сундуки, кресла-качалки, буфеты и стулья, точеные на ручных, кажется, станочках подсвечники, а венчает все это великолепие блистательный немецкой работы арифмометр. К сожалению, сломанный, и не получилось Эрику показать, как на этой штуке прикольно умножать и складывать. Купили медный ковшик и салатницу фаянсовую с колокольчиками. Понятно, муж хозяйки наполовину швед, регулярно мотается на доисторическую родину, там на блошиных рынках набивает контейнер и отправляет его в далекие и знойные Цафририм. Еще собака у них там лежала снаружи огромная и мохнатая, и в ней возился голый ребятенок, а на огромном сундуке (стоит, зараза, как хороший компьютер) лежал, растопырив тормашки, черный жгучий кот. Эрик специально подозвал меня посмотреть.

Потом мы зашли в сельский клуб, там была выставка скульптур какой-то тетки, поездившей по Африке и проникшейся; таких много, мне ничего не запомнилось; а в самом клубе - это был бетонный домик размером с полсарая - внутри, где стояло пианино со снятой крышкой (и, кажется, некоторых струн не хватало, понятно, общественное, некому следить и настраивать фотографий фотографа, который там же при них состоял и рассказывал, где что сфотографировал. Особенность его такая, что фотографирует он только воду и то, что отражается в воде. Сейчас я возьму программку и скажу, как его звали. Под ногами у зашедших туда на тенек зрителей какие-то не очень воспитанные дети ели мороженое и ругались между собой нехорошими словами; мои дети на них посмотрели свысока. Фотографии были и симпатичные, хотя, конечно, любительские.

Где-то проходит эта грань между любительством и настоящим искусством, и непонятно, в каком она измерении проходит, но только точно, что не в деньгах дело, не в затратах. Но и не в учености тоже, не в образованности дело. Потому что потом мы пошли на двор одного дедушки - вывеска так и гласила "Дедушкина галерея" - и там ждало нас совершенно что-то необыкновенное. Тут я просто даже вот умолкну и только ссылки дам на фотографии. Чтобы не заподозрили в рекламе, скажу, что хозяина, кажется, звали Нисим, а на стене дома была надпись "Парикмахерская", хотя внутри была мастерская, дом, на крыльце которого сидел сам хозяин - и он пожал Мирусе руку, когда она вошла - а еще дальше по участку - маленький домашний музейчик евреев Курдистана, в котором почему-то продавали чьего-то домашнего изготовления шоколад. Но, думаю, попав в Цафририм, найти этого Нисима не составит труда.

А потом мы пили пиво "Абир hаЭла", которое на английском пишется A Beer, а на этикетке - рыцарь с кружкой; пиво темное и очень вкусное; а хозяин, именем Арам, рассказывал желающим, собравшимся у прилавка, как он уже семь лет его варит, и как раз на раз не приходится, и поэтому вот вам я посоветую вот это, с красными пробками, шестерку за шестьдесят отдам, а нам он сделал скидку, потому что мы у него и пообедали - чем он нам сам насоветовал. Еда была так себе, но пиво отменное. Конечно, он и ликеры делает, но этим я хочу заняться сам, если все, что мы с Перчиком насажали, к осени околосится, или что оно там должно делать.

А во дворе у Арама лежали бетонные такие плоские камни, четырехугольные и пятиугольные, с отпечатками листьев. Нам они очень понравились, и мы спросили у Арама, где он их достал. "Ах, эти? Щас" - и позвонил куда-то по телефону и сказал потом нам: "Юда Кувшинный вас ждет в Гиват-Ешаягу возле клуба, он обычно на перекрестке Эла продает, но сегодня приехал сюда, выставил их." И объяснил, как проехать.

И мы, еще издалека увидев этого Юду, вдруг как-то поняли, что это наш человек. Что мы с ним подружились, еще не раскрыв рта. Есть такие люди - то ли походка, то ли манера держать голову, то ли что-то еще выдает своего. Я когда-то давным-давно занимался этим вопросом - как системный пипл отличает другого системного пипла. Ни к какому определенному выводу не пришел, но ощущение хорошо знаю.

Мы сразу на месте взяли у него десяток камней, больше бы в машину не влезло. Перевернув один, я спросил: "А почему тут пацифик процарапан?" - "А это мое клеймо. В память о двадцати годах, которые я протусовался на испанских островах. По пещерам, по лесам, рыбу ловил, охотился, аскал. А потом как-то зарубило меня, и поехал я домой, в Израиль. Меня все спрашивали: какого тебе там черта лысого надо? Чего тебе тут не хватает? Тепло, светло, море, лес, тусовка, бабы, дети... А я вот уехал, и тут теперь. Знаешь, здесь есть что-то такое, неуловимое. Я человек не религиозный, даже, наверно - нету досов поблизости? - антирелигиозный. Но здесь есть что-то такое. В языке, в цвете неба, во вкусе воздуха. Здесь я дома." - Ох, сказал я, Юда, и меня вот все спрашивают, а я только это и могу ответить. Что-то такое, неуловимое. Притом ты-то здесь родился, мне труднее...

И после этого разговора решил я заглянуть в их уже клуб, Гиват-Йешаягуевский. А там выставка картин. И художница сама тоже при входе сидит, подошла к ней какая-то тетка, принесла сэндвич (пора отвыкать называть сэндвич бутербродом, в конце концов) и бутылку вина... Если бы я знал, что там внутри вывешено, я бы другими глазами на художницу-то смотрел, а так - тетка и тетка, лет 50, но выглядит на 45 максимум, только кожа возраст выдает, что называется, следы невероятной былой красоты; одета никак, сидит, жует сэндвич, говорит товарке, что вино хорошее, надо бы еще взять.

А картины - вот того свойства, что за душу берут лично и именно меня. А берут тем, что все живое и настоящее, и узнаваемое; но больше того. Не просто узнаваемое, а вдруг родное. Строчка в голове стукнула: "наконец-то знаю, где мои родные края". Природнило меня к той земле, что на этих картинах. И тут я мог бы много слов написать, и даже напишу еще, в другой раз, но сейчас, по отвычке, могу только нагородить банальностей и благоглупостей. Лучше смотрите картины. Не знаю, поймет ли кто. Вот Фаворов поймет, точно. Он чувствует то же, что я, когда здесь, на этой земле. Ведь мы с ним вместе на Бейт-Итаб ходили (ой, а в Сен-Жан-дю-Дезер-то возил ли я его? безобразие, если нет), и в ночной гиловский лес ездили собаку пасти... 

Художницу я точно знаю, как зовут - Веред Терри, и живет она в Мате, километрах в четырех от нас. Вот сайт ее.


Картина называется "Сказали, будет снег". Из серии "Небо". Прямо вот классификация облаков, как у меня.


Или вот. Просто дух захватывает. Не помню, чтобы я когда-нибудь так восхищался чем-нибудь визуальным. Музыка, конечно, другое дело.
pechkin: (Default)
А еще вчера был туман такой, что третьего столба от машины не было видно. С одной обочины дороги другая только угадывалась, если бы там стоял человек, его бы почти не было видно. А дорога обычная, полоса в каждую сторону. С одной стороны гора, с другой пропасть, как обычно.

Как в таком тумане ездят - да так и ездят. Сбрасывают до 60, до 40, включают мигалки, не очень понятно для чего - видимо, это сигнал "мне сцыкотно".

Самое сложное - не думать, что едешь прямо в стену, помнить, что через 20 метров стена отодвинется на те же 20 метров. Скорее всего.

И еще - когда подует ветер, и туман начинает двигаться, вот тут очень сложно не схватиться за потолок машины.

Ну, и когда съезжаешь с перевала и вдруг выпадаешь в нормальный, прозрачный мир, где видно на много километров вокруг, все окрестные горы, и только их вершин не видно.

Охренительно.
pechkin: (Default)
Давненько я не ездил в общественном транспорте, а зря - там творятся интересные дела. Вот в 71-ом сегодня водитель общался с пассажирами на идиш: "Мейделе! Мейделе биз ди тир! Ду, мит а пелефон!.."

А напротив меня сидел дедушка с сумкой на колесиках и, сперва тихо, а потом довольно громко разговаривал сам с собой, обращаясь к себе: "А вот скажи...", и рассказывал про то, что все чернила, сделанные волшебным образом, исчезли, и краска на деньгах исчезла, потому что сделана была волшебным образом, и компьютерная память, и теперь все, все ваши деньги, все ваши акции, все обелилось, и ничего у вас теперь нет, никаких обладаний, и все ваши ктубот, все обелилось, и жены теперь не ваши, а "честные давалки" - и тихо хохочет, седобородый и седовласый, величественный, но с хитринкой в голубых старообрядческих глазах. Потому что - говорил он неторопливо, с интонациями уверенного проповедника, с легким прибалтийским акцентом, может быть, чуть растягивая ударные окончания, и "потому что" у него было зачином: "Потому что: вы заставили Бога делать то, для чего предназначены у Него простенькие гомункулусы. Вот и получилось, что вы сами себя выебали. Вот скажи: а документы на машины ваши - они ведь тоже чернилами написаны? Компьютерные распечатки - краска ведь вся была волшебная? Вот она и обелилась. Ваши теперь это машины? Не ваши. Подойдет полицейский, и заберет машину. Никаких у вас нет обладаний. И квартиры, в которых вы сидите - не ваши они. Ведь документы обелились. Ведь на халяву все это было. Награбленное ведь. Ведь это все ваши ашмодаим, все мафиози, все ваши левиим и коганим..." - тут мне пришла пора выходить.

В сочетании с водителем, говорящим на идиш, это уже какая-то совсем нечитанная и невиданная мною фантастика.

А вообще грустно: мой любимый двухэтажный Иерусалим уходит в небытие, вытесняемый прорастающими сквозь него, как сорные кактусы сквозь цветник, неуклюжими и бесстыдными жилыми комплексами для каких-то невнятных будущих жильцов.
pechkin: (Default)
Прокатились сегодня на шайтан-арбе (странно, что никто не пользуется этим названием, а ведь все читали - уж если что и читали все, то как раз вот это). Бесплатно, хоть мы и не сразу это поняли.

И вот какая штука - когда едет эта шайтан-арба по Яффо, и смотришь снизу на дома, то возникает ощущение, что она была тут всегда. А это хороший признак.
pechkin: (Default)
Эйлатские опупеи с Фаворовыми абу и ибном.

Перед самым призывом Ибн-Фаворова и его двадцатилетием мы вызвали (несложными заклинаниями и манипуляциями) его папочку, взяли своих большишей и поехали в Эйлат.

2011-03-04-06 Эйлат с Фаворовыми


По пути туда у нас сломалась одна из машин, и мы оставили ее там в гараже на починку, а забирать ее приехали через неделю.

2011-03-11 Эйлат-2
pechkin: (Default)
2011-02-20 Ахзив и буря

Буря, пронесшаяся по побережью несколькими дням прежде, обрушилась на ахзивскую лагуну совсем нешуточно. Те, кто знает, как выглядел этот пляж летом, могут не поверить своим глазам.

Дом и поместье не пострадали. Хозяева температурили и лежали, покашливая, каждый в своем домике, которые соединены теперь переходом. Мы с Эли съездили в Наарию за едой и хлебом; Рина показала нам видео с той бури. 

Море, земля и небо были пустынны и предоставлена самим себе.
pechkin: (Default)
Кстати, раз уж поднял фотки с пелефона в сеть, отчего не повыкладывать их.

Read more... )

July 2017

S M T W T F S
      1
23456 78
9 101112131415
16 171819 202122
23 24 2526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 12:40 pm
Powered by Dreamwidth Studios