pechkin | (no subject)

А мы две недели (или три?) назад посмотрели "Jesus Christ Superstar". Ну, вроде как показали Эрику, пора, подрос парень, - но на самом деле, конечно, с ним посмотрели.

Во-первых, по-прежнему все помним наизусть. В нашем веке все-таки еще что-то учили наизусть, и это мощный эволюционный плюс. Даже если номер телефона матери не помнишь, а находишь в телефоне, - вот оперу, выученную в 17 лет, помнишь.

Во-вторых, громадный шок от узнавания декораций. Еще пятнадцать лет назад мы смотрели его, но по-другому, так же, как в Союзе смотрели. А сейчас: ё, да это же Авдат! Да это же Бейт-Гуврин! Да ведь вон там Эйн-Бокек! В Бейт-Гуврин я теперь совсем по-другому буду заходить, в большую колокольную пещеру. Резко раздвигается пространство фильма: ты знаешь, что там за кадром, что слева, что справа; знаешь, как пахнут эти травы, какой горячий этот камень, как резко свистит этот ветер. Совершенно по-другому. Может быть, меня поймут те, кто переехал в Питер: фотографии и фильмы, которые привели вас в этот город, и как вы на них смотрите сейчас.

В-третьих, мы заметили пастуха и овец на финальном кадре. Как я не видел их раньше, как?

Почитали воспоминания участников съемок, там тоже море всего. Статистов набирали прямо на тель-авивской набережной, по внешнему виду и знанию английского. Иисус с Иудой в жизни - лучшие друзья. А пастух этот случайно попал в кадр, они снимали с двух километров и увидели его уже только на пленке, и режиссер сказал: похоже, в этот день режиссировал Кто-то другой.