![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Дети должны идти дальше родителей. Иначе зачем вообще их заводить.
Мой отец, я знаю, неплохо играл на гитаре. Сам я этого никогда не слышал. Мне было года три, когда гитара, лежавшая на шкафу вдруг стукнула и звякнула - отлетела нижняя дека. Следующая гитара в нашем доме была уже моя. То есть, не моя, а кто-то мне ее дал поиграть. Своя собственная, купленная за деньги, у меня появилась уже в Иерусалиме.
Я играл немало, и меня слышал много кто, в том числе и мои дети. Они знают мои песни, и им, они говорят, они нравятся. Но когда мне в 1990-м году предложили поехать на фестиваль в Череповец, я не поехал. Там играли Алиса, Башлачёв, много кто, и я испугался. Точнее, не испугался даже, а просто не уложилось у меня в голове, что я могу свои песни петь с той же сцены, что они, такие большие. Мне все казались такими большими, а сам я себе казался таким маленьким. Это просто удивительно, но это до сих пор так. За небольшим четким исключением, всех людей старше 25 я неосознанно отношу к взрослым, а то что я сам им гожусь в отцы, не срабатывает.
А Эрик полетел со своим учителем и коллегами во Вроцлав на Европейский Форум Саксофонов. Не победить, но поиграть и потусоваться. Послушать много музыки. Побывать на мастер-классах мастеров. Смотреть во все глаза и слушать во все уши. И совершенно не волнуется. А вы мне говорите, куда катится этот мир.
-----
А пока я это писал, и пока выискивалось время эти буковки запостить, он уже и вернулся, без приза, но вполне счастливый. С кучкой мелких сувенирчиков и впечатлений. Стал больше сутулиться, басить, и пух на подбородке стал расти активнее.
А Мира наловила головастиков и притащила их домой в пластиковом стакане. Вы случайно не знаете, чем кормят головастиков? И еще интересно, куда мы их будем девать потом.
А Нета надела мамину вышитую безрукавку - у нас их три, две маминых и одна папина, сделанные маминым внучатым дядей Яковом во второй половине прошлого века - и ходила по дому, говоря "Я папа!"
Мой отец, я знаю, неплохо играл на гитаре. Сам я этого никогда не слышал. Мне было года три, когда гитара, лежавшая на шкафу вдруг стукнула и звякнула - отлетела нижняя дека. Следующая гитара в нашем доме была уже моя. То есть, не моя, а кто-то мне ее дал поиграть. Своя собственная, купленная за деньги, у меня появилась уже в Иерусалиме.
Я играл немало, и меня слышал много кто, в том числе и мои дети. Они знают мои песни, и им, они говорят, они нравятся. Но когда мне в 1990-м году предложили поехать на фестиваль в Череповец, я не поехал. Там играли Алиса, Башлачёв, много кто, и я испугался. Точнее, не испугался даже, а просто не уложилось у меня в голове, что я могу свои песни петь с той же сцены, что они, такие большие. Мне все казались такими большими, а сам я себе казался таким маленьким. Это просто удивительно, но это до сих пор так. За небольшим четким исключением, всех людей старше 25 я неосознанно отношу к взрослым, а то что я сам им гожусь в отцы, не срабатывает.
А Эрик полетел со своим учителем и коллегами во Вроцлав на Европейский Форум Саксофонов. Не победить, но поиграть и потусоваться. Послушать много музыки. Побывать на мастер-классах мастеров. Смотреть во все глаза и слушать во все уши. И совершенно не волнуется. А вы мне говорите, куда катится этот мир.
-----
А пока я это писал, и пока выискивалось время эти буковки запостить, он уже и вернулся, без приза, но вполне счастливый. С кучкой мелких сувенирчиков и впечатлений. Стал больше сутулиться, басить, и пух на подбородке стал расти активнее.
А Мира наловила головастиков и притащила их домой в пластиковом стакане. Вы случайно не знаете, чем кормят головастиков? И еще интересно, куда мы их будем девать потом.
А Нета надела мамину вышитую безрукавку - у нас их три, две маминых и одна папина, сделанные маминым внучатым дядей Яковом во второй половине прошлого века - и ходила по дому, говоря "Я папа!"