(no subject)
Вновь проверить себя.
Что-то подсказывает мне, что еще через сутки, если их не тронут, террористы сдадутся. Или наделают невероятных глупостей, после которых не взять их голыми сможет только такой же невероятно глупый противник. Они просто не знают, что делать дальше, когда уже захвачена. Их не научили, что делать дальше. И не командуют. Если вообще их кто-нибудь чему-нибудь учил, и есть такой кто-то, кто ими командует. В "Норд-Осте" требования тоже были то фантастическими, то никаких.
С другой стороны, может быть... нет, не может быть. Если бы эта история сильно нарушала планы тех, кто управляет событиями, то о ней бы вряд ли узнали так широко. Захват трех сотен человек, конечно, трудно утаить, но можно. Значит, событие это не сильно выбивается из общей струи, и, значит, ему могут позволить поразвиваться еще некоторое время.
Трудно ожидать, что силовики считают, что штурм, похожий на норд-остовский, сильно поднимет их престиж. С другой стороны, российские силовики это очень причудливые люди, логика здесь плохо работает.
Поэтому -- сегодня ночью будет штурм. В районе часов трех-четырех ночи -- шпионские книжки и всякие дурацкие учебники даже российские силовики читают. Предполагать о количестве жертв не хочу, очень страшно.
Могут подождать еще сутки, над ними не каплет.
До сих пор мои прогнозы оправдывались где-то на половину - две трети.
Мой совет тем, кто там: даже два совета, прямо противоположных друг другу.
Один: не ждите, пока доберется до ваших знакомых, ваших родных, до вас самих. Не ждите. Не надейтесь, что вы в безопасности. Не надейтесь, что профессионалы позаботятся обо всем. Обо всем можешь позаботиться только ты сам -- и только таким образом, что схватишь в охапку детей, жен и престарелых родителей и рванешь прочь -- в деревню, в глубинку, притом лучше -- не в российскую.
Второй: привыкни жить, зная, что в любой момент можешь погибнуть. Хуже того, зная, что это относится к твоим детям в равной степени. Только не теоретически знать -- а жить, зная. Ежедневно, ежеминутно. Представлять себе четко, что идет игра, ставки в ней миллиардные, а ты в ней не пешка, а так, копейка в банке. Что пару сотен таких, как ты, отдадут, не задумываясь, и этот ход не будет сочтен неудачным. Отдадут в один миг, и никому в голову не придет у кого-то что-то спрашивать.
Перед этим все равны -- расисты, либералы, воры, хиппи, патриоты. Ни ненависть к террористам и к миру, из которого они, как предполагается, вышли, ни пропаганда всеобщей любви -- равно не помогут лично тебе. Если тебе приятно продолжать считать, что все люди равны -- считай. Если тебе приятно считать, что это нелюди -- считай. Если считаешь, что нужно надеть на голову бумажный пакет и лечь головой к окну -- ложись. Это ничего не меняет.
Война уже идет. Но ты тут ни при чем. Это война не твоя, не за тебя и даже не с тобой. Что ты говоришь по этому поводу, что ты молчишь по этому поводу -- никому абсолютно не важно; ну, то есть, может быть, и важно -- но не повлияет на твою участь.
Сделай так, чтобы Бог тебя хранил, это единственный практический совет.
Что-то подсказывает мне, что еще через сутки, если их не тронут, террористы сдадутся. Или наделают невероятных глупостей, после которых не взять их голыми сможет только такой же невероятно глупый противник. Они просто не знают, что делать дальше, когда уже захвачена. Их не научили, что делать дальше. И не командуют. Если вообще их кто-нибудь чему-нибудь учил, и есть такой кто-то, кто ими командует. В "Норд-Осте" требования тоже были то фантастическими, то никаких.
С другой стороны, может быть... нет, не может быть. Если бы эта история сильно нарушала планы тех, кто управляет событиями, то о ней бы вряд ли узнали так широко. Захват трех сотен человек, конечно, трудно утаить, но можно. Значит, событие это не сильно выбивается из общей струи, и, значит, ему могут позволить поразвиваться еще некоторое время.
Трудно ожидать, что силовики считают, что штурм, похожий на норд-остовский, сильно поднимет их престиж. С другой стороны, российские силовики это очень причудливые люди, логика здесь плохо работает.
Поэтому -- сегодня ночью будет штурм. В районе часов трех-четырех ночи -- шпионские книжки и всякие дурацкие учебники даже российские силовики читают. Предполагать о количестве жертв не хочу, очень страшно.
Могут подождать еще сутки, над ними не каплет.
До сих пор мои прогнозы оправдывались где-то на половину - две трети.
Мой совет тем, кто там: даже два совета, прямо противоположных друг другу.
Один: не ждите, пока доберется до ваших знакомых, ваших родных, до вас самих. Не ждите. Не надейтесь, что вы в безопасности. Не надейтесь, что профессионалы позаботятся обо всем. Обо всем можешь позаботиться только ты сам -- и только таким образом, что схватишь в охапку детей, жен и престарелых родителей и рванешь прочь -- в деревню, в глубинку, притом лучше -- не в российскую.
Второй: привыкни жить, зная, что в любой момент можешь погибнуть. Хуже того, зная, что это относится к твоим детям в равной степени. Только не теоретически знать -- а жить, зная. Ежедневно, ежеминутно. Представлять себе четко, что идет игра, ставки в ней миллиардные, а ты в ней не пешка, а так, копейка в банке. Что пару сотен таких, как ты, отдадут, не задумываясь, и этот ход не будет сочтен неудачным. Отдадут в один миг, и никому в голову не придет у кого-то что-то спрашивать.
Перед этим все равны -- расисты, либералы, воры, хиппи, патриоты. Ни ненависть к террористам и к миру, из которого они, как предполагается, вышли, ни пропаганда всеобщей любви -- равно не помогут лично тебе. Если тебе приятно продолжать считать, что все люди равны -- считай. Если тебе приятно считать, что это нелюди -- считай. Если считаешь, что нужно надеть на голову бумажный пакет и лечь головой к окну -- ложись. Это ничего не меняет.
Война уже идет. Но ты тут ни при чем. Это война не твоя, не за тебя и даже не с тобой. Что ты говоришь по этому поводу, что ты молчишь по этому поводу -- никому абсолютно не важно; ну, то есть, может быть, и важно -- но не повлияет на твою участь.
Сделай так, чтобы Бог тебя хранил, это единственный практический совет.

no subject
Каждый причастен к войне, поскольку она ведется на "наши" налоговые взносы. И я не помню случая, чтобы где-то выходили на забастовки и митинги по этому поводу.
Хватать в охапку и бежать уже некуда. Такое творится во всем мире. Просто по традиции жителей, к примеру, россии мало занимает то, что происходит на Фиджи, в Судане или еще где-нибудь. Сбежать в глубинку - а там найдется какой-нибудь беглый зэк, или пьяный тракторист, или еще кто-то, кому ничего не стоит пресечь чью-либо попытку сбежать. Как ни банально, но сбежать от Судьбы не удается.
Привыкнуть жить, готовясь погибнуть??? Это как же можно? И, главное, зачем? Может, лучше все-таки вместо уроков физкультуры проводить в тех же школах уроки самообороны и поведения в критической ситуации? В этой же школе наверняка достаточно сильных мужиков из числа заложников. Думается мне, что пошушукаться между собой, навалиться и связать семнадцать боевиков, наверное, можно - хотя бы попытаться. Это я так, гипотезу строю... На деле не знаю - может, они там запертые сидят. Может - под постоянным прицелом. Хотя семнадцать человек, наверное, не могут непрерывно держать под прицелом четыреста в течение суток.
А что делать дальше - террористы прекрасно знают. Если их долго мурыжить - они перестреляют детей по одному, им же нечего терять... И что, кто-то будет спокойно ждать, чем это закончится? Конечно, будет штурм. Конечно, ночью. Пока что не придумали, как с террористами по-другому...
no subject
Бежать, конечно, некуда, но если подумать, что завтра будет еще некудее, то стоит бежать сегодня.
Не следует сравнивать преднамеренное убийство и несчастный случай. На небе, конечно, все равно; но на земле профилактика разная. Можно еще террор с гриппом сравнить, от него тоже умирают, и тоже сравнительно немногие. И сделать из этого выводы.
Террор -- это не судьба. Это враг. Твой, личный. Общего с судьбой у него только слепота и почти непобедимость.
Насчет того, что какое-то конечное количество безоружных мужиков может справиться с семнадцатью озверелыми автоматчиками -- это голливудщина. Не слышал о таких случаях. Может, но только после того, как кончатся все боеприпасы.
И они могли сразу всех расстрелять. Не ждали же они всерьез, что Путин выведет войска из Чечни ради этих детей? И не думают же они, что уйдут живыми. Их цель была одна -- чтобы о них узнал весь мир. Весь мир узнал. Больше им делать нечего; что бы они ни сделали, это уже ничего не изменит относительно их. Что делать дальше, они не знают.
no subject
no subject
В России ты всегда боишься: террористов, ментов, гопоты, бандитов. В Израиле из всего этого -- только террористы. Опять же, не так важно, иллюзия это или нет. Важно, что так это ощущается.
no subject
и страшно.
no subject
Как говорила Масяня: "добро пожаловать в наш дерьмовый мир обратно!"
Как всех сплющило-то из-за школы этой. И как всем абсолютно насрать на, положим, пухнущих с голоду детей в северной корее. В судане тоже есть о ком поплакать. Однако -- не плачем. Ибо средства массовой информации не дают в нужном количестве слезоточивого материалу.
Избирательная жалость вперемежку со стремлением наконец-то показать всем правильный путь.
no subject
no subject
От дуролома слышу. Грубый ты стал, как на работу устроился. Некузявый.
no subject
Ты до сих пор христианин, слушай?
no subject
Заранее сорри за тон комментария с этими вот, с линками. Писал в обиженном состоянии.
Но все же -- мировое зло не сильно возрастает и не сильно убывает, на мой взгляд. Ходит просто из страны в страну.
no subject
no subject
http://www.state.gov/s/ct/rls/pgtrpt/2003/33771.htm
http://www.state.gov/s/ct/rls/pgtrpt/2002/html/19990.htm
http://www.cdi.org/program/document.cfm?DocumentID=1859&StartRow=11&ListRows=10&&Orderby=D.DateLastUpdated&ProgramID=39&typeID=(7)&from_page=relateditems.cfm
Но тебя они не сильно тронут, эти новости, мне думается. Нет той массовости, нет того накала страстей.
no subject
Я, конечно, позволил себе читать ленту polit.ru; но другого влияния пиар на меня оказать не мог. Я даже сейчас не иду на кухню, потому что там наверняка лежит развернутая газета...
no subject