![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Частичное солнечное затмение 3.10.05. Еврейский новый год 5766.
Для ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
knjazna
но, понятно, открытая запись.
Дальше было то, что мы с Эриком пошли выгуливать Миху и погонять нашу машинку на радиоуправлении по школьной спортплощадке, благо каникулы и выходной у всей страны. И, спускаясь с крыльца, собака дернула, я шатнулся, Эрика уронил, и он грохнулся об каменную ступеньку затылком. После этого ничего его не радовало, он сидел на скамейке и плакал, как-то странно ставил ножку, пришли домой, он запросился спать -- в десять утра -- долго лежал, потом его вырвало сильно завтраком, потом я позвонил на работу маме, она прилетела, и мы поехали в больницу, там его положили в приемном покое -- там мы еще встретили наших тут неподалеку соседей, у них муж-туземец похож на Джерри Гарсию и, соответственно, на доктора Мартина Ланда, преподававшего нам в Адассе сети и микропроцессоры, а жена русскоязычная, симпатичная тетка откуда-то из столиц, у них младший сын проглотил что-то стеклянное -- он лег и был очень страшненький, бледный, несчастный... пришел нейрохирург Алекс через где-то минут сорок, он был один на всю больницу, потому что праздник, все религиозные и вообще нерусские подгадали отпуск, русские же отрабатывают за свои национальные праздники, Новый Год -- рош hашана hаруси, восьмое марта и т.п. -- к этому времени Эрик уже начал улыбаться, разговаривать -- отлежался. Да, пока сидели, ждали в приемном, он попил воды и его еще раз вытошнило, уже одной водой. Доктор его попросил сесть -- какая удача, что все русские нам попадались, Эрик на иврите еще ничего не понимает и не торопится начинать, он мог бы просто зажаться и испугаться, наверно, хотя вообще он органически привык, что вокруг люди могут разговаривать на непонятном ему языке, наверно, как птички и собачки-кошечки; большая принципиальная разница между тем, как мы росли, вскидываясь на мало-мальскую иностранщину; и теперь даже мама ездит в Питер и первые часы и даже дни инстинктивно вскидывается на русскую речь и вывески, а вот Аньке нигде не было странно, ни в Канаде, ни в России, ни во Франции; сейчас-то в Израиле с русским языком вообще стало хорошо, практически во всех важных местах продублировано, только что на вокзалах еще не объявляют, что скорый поезд на Наhарию, скажем, отправляется с третьего пути, станции Нетания, Хадера, Биньямина, Атлит проследует без остановок -- но мог бы зажаться, он себя чувствовал очень плохо, повторял то и дело с горечью "я болею!" -- и я очень хорошо его понимаю, мне ОЧЕНЬ знакомо это ощущение, такое впечатление, что я под ним кучу времени провел, этой болезненной слабости; а когда пришел доктор Алекс, он уже мог по его просьбе сесть, поднять ручки, поднять левую ножку (да так и остался в этом положении, пока доктор с нами разговаривал, пришлось ему отдельно сказать, что можно опустить), попросил доктор открыть глаза -- Эрик открыл и рот, доктор сказал: вот все они так, все открывают рот -- впрочем, тебе-то это как раз, может быть, малоинтересно, ты это и так знаешь -- а с другой стороны, поди угадай, что кто знает и так... Доктор сказал: давайте пить, давайте есть, если не вытошнит, выпишем вас, а если будут проблемы, оставим часов на шесть, надо будет CT делать, а перед ним шесть часов голодать; но вообще у нас сегодня задача такая никого в приемном по возможности не оставлять, потому как праздник, сами понимаете... я приду через пару часов, у меня там по отделению беготни всякой, да надо еще к многочасовой операции девочку готовить, а он у вас... в общем, такого диагноза "сотрясение" у нас теперь нет, есть черепно-мозговая травма, посмотрим, какой тяжести. Иногда, говорит, бывает, на четыре часа ребенок в кому впадает, а потом встает, как ни в чем не бывало. Вот и наш примерно так, вскоре запросил кушать, принесли ему какой-то больничный полдник (в приемном отделении их больше для родителей раздают, дети там редко способны кушать), он умял ломоть булки, заел шоколадным йогуртом, надел сандалики и пошел в игровой уголок. Мгновенно вычислил там русскоязычного малыша, к ним присоединился арабчонок, стали они грузовик в домик запихивать и выпихивать и бегать к арабчонка родителям за какими-то печеньками. Короче, выписали нас, к пяти уже были мы дома. К семи пошли в гости к Пресняковым в соседний дом, там и Новый Год справили -- наелись, поддали хорошенько, младшие дети на ковре смотрели какие-то мультики... а, "Ледовый период" они смотрели, с русским дубляжом; старшие заперлись в комнате и какое-то аниме там пялили, а мы с супругами по плову да по коньячку, да по салатикам...
Сегодня же мы с ними ездили на речку, фотки выкину, постараюсь, сегодня: на обратном пути оттуда дорогу нам переползла огромная гадюка -- цефа эрец-исраэли, она же випера палестинензис, а пока мы на нее смотрели, как она ползет, навстречу ей дорогу перешел довольно тоже крупный желтый шакал, блеснул глазами на фары.
Короче, затмение в этот раз как-то само собой управилось, без меня.
knjaznaно, понятно, открытая запись.
Дальше было то, что мы с Эриком пошли выгуливать Миху и погонять нашу машинку на радиоуправлении по школьной спортплощадке, благо каникулы и выходной у всей страны. И, спускаясь с крыльца, собака дернула, я шатнулся, Эрика уронил, и он грохнулся об каменную ступеньку затылком. После этого ничего его не радовало, он сидел на скамейке и плакал, как-то странно ставил ножку, пришли домой, он запросился спать -- в десять утра -- долго лежал, потом его вырвало сильно завтраком, потом я позвонил на работу маме, она прилетела, и мы поехали в больницу, там его положили в приемном покое -- там мы еще встретили наших тут неподалеку соседей, у них муж-туземец похож на Джерри Гарсию и, соответственно, на доктора Мартина Ланда, преподававшего нам в Адассе сети и микропроцессоры, а жена русскоязычная, симпатичная тетка откуда-то из столиц, у них младший сын проглотил что-то стеклянное -- он лег и был очень страшненький, бледный, несчастный... пришел нейрохирург Алекс через где-то минут сорок, он был один на всю больницу, потому что праздник, все религиозные и вообще нерусские подгадали отпуск, русские же отрабатывают за свои национальные праздники, Новый Год -- рош hашана hаруси, восьмое марта и т.п. -- к этому времени Эрик уже начал улыбаться, разговаривать -- отлежался. Да, пока сидели, ждали в приемном, он попил воды и его еще раз вытошнило, уже одной водой. Доктор его попросил сесть -- какая удача, что все русские нам попадались, Эрик на иврите еще ничего не понимает и не торопится начинать, он мог бы просто зажаться и испугаться, наверно, хотя вообще он органически привык, что вокруг люди могут разговаривать на непонятном ему языке, наверно, как птички и собачки-кошечки; большая принципиальная разница между тем, как мы росли, вскидываясь на мало-мальскую иностранщину; и теперь даже мама ездит в Питер и первые часы и даже дни инстинктивно вскидывается на русскую речь и вывески, а вот Аньке нигде не было странно, ни в Канаде, ни в России, ни во Франции; сейчас-то в Израиле с русским языком вообще стало хорошо, практически во всех важных местах продублировано, только что на вокзалах еще не объявляют, что скорый поезд на Наhарию, скажем, отправляется с третьего пути, станции Нетания, Хадера, Биньямина, Атлит проследует без остановок -- но мог бы зажаться, он себя чувствовал очень плохо, повторял то и дело с горечью "я болею!" -- и я очень хорошо его понимаю, мне ОЧЕНЬ знакомо это ощущение, такое впечатление, что я под ним кучу времени провел, этой болезненной слабости; а когда пришел доктор Алекс, он уже мог по его просьбе сесть, поднять ручки, поднять левую ножку (да так и остался в этом положении, пока доктор с нами разговаривал, пришлось ему отдельно сказать, что можно опустить), попросил доктор открыть глаза -- Эрик открыл и рот, доктор сказал: вот все они так, все открывают рот -- впрочем, тебе-то это как раз, может быть, малоинтересно, ты это и так знаешь -- а с другой стороны, поди угадай, что кто знает и так... Доктор сказал: давайте пить, давайте есть, если не вытошнит, выпишем вас, а если будут проблемы, оставим часов на шесть, надо будет CT делать, а перед ним шесть часов голодать; но вообще у нас сегодня задача такая никого в приемном по возможности не оставлять, потому как праздник, сами понимаете... я приду через пару часов, у меня там по отделению беготни всякой, да надо еще к многочасовой операции девочку готовить, а он у вас... в общем, такого диагноза "сотрясение" у нас теперь нет, есть черепно-мозговая травма, посмотрим, какой тяжести. Иногда, говорит, бывает, на четыре часа ребенок в кому впадает, а потом встает, как ни в чем не бывало. Вот и наш примерно так, вскоре запросил кушать, принесли ему какой-то больничный полдник (в приемном отделении их больше для родителей раздают, дети там редко способны кушать), он умял ломоть булки, заел шоколадным йогуртом, надел сандалики и пошел в игровой уголок. Мгновенно вычислил там русскоязычного малыша, к ним присоединился арабчонок, стали они грузовик в домик запихивать и выпихивать и бегать к арабчонка родителям за какими-то печеньками. Короче, выписали нас, к пяти уже были мы дома. К семи пошли в гости к Пресняковым в соседний дом, там и Новый Год справили -- наелись, поддали хорошенько, младшие дети на ковре смотрели какие-то мультики... а, "Ледовый период" они смотрели, с русским дубляжом; старшие заперлись в комнате и какое-то аниме там пялили, а мы с супругами по плову да по коньячку, да по салатикам...
Сегодня же мы с ними ездили на речку, фотки выкину, постараюсь, сегодня: на обратном пути оттуда дорогу нам переползла огромная гадюка -- цефа эрец-исраэли, она же випера палестинензис, а пока мы на нее смотрели, как она ползет, навстречу ей дорогу перешел довольно тоже крупный желтый шакал, блеснул глазами на фары.
Короче, затмение в этот раз как-то само собой управилось, без меня.