![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
В советской школе Анютка и Эрик делали бы вчера первый звонок, непременно. Он сидел бы у нее на плечах и звонил бы в колокольчик, пока она обходила бы "линейку", на которой выстроились все классы, каждый со своим классным руководителем, и трибуну, на которой стояли бы директриса, завуч, молодая и нелюбимая всеми в школе учительница математики, по совместительству парторг, представитель шефов, слегка уже давший за углом с учителем труда и физруком, и еще какие-то смурные личности с гладиолусами в руках.
Но они пошли в разные школы и в другой стране. Анютка не допустила меня выйти из машины возле ее школы, не то что сфотографировать ее. И стояла там, трепясь с подругами, такая вся длинная и красивая, в зелененьком таком. Зеленый период у нас теперь. После розового и черного.
Эрика же сфотографировать получилось.
Посадил его на первую парту в ряду у окна. Это самое лучшее место в классе. Из окна идет воздух (кондиционеров в школе нету), в окне зелень и время от времени проходят незаметные дяденьки в штатском с проводком в ухо - за углом резиденция премьер-министра. С Эриком сел мальчик Лиор, его приятель еще по кайтане, тоже русскоязычный. Вообще русскоязычных в классе человек 10 из 16. Учительница Мирьям месяце на шестом-седьмом. Зашел дерибас, а с ним - главный директор сети школ. Тот рассказал, что в пятницу был йорцайт Дедушки-Основателя, и тот явился ему, главному директору школ, во сне, и улыбался и пожелал, чтобы мечты сбывались: вот он же мечтал основать сеть школ для детей новых репатриантов, чтобы в ней и светское образование было на высочайшем уровне, и чтобы ученики узнавали, что такое жить евреем. Кажется, так точно выразился. И вот, пожалуйста, стоят эти школы от Акко до Арада. И вот он недавно ездил в Ашкелон по делам тамошней школы, и тамошний чин из гороно сказал, а на фига нам такие школы, у нас цель - интеграция, пусть, говорит, у меня русские дети научатся ругаться матом, как коренные израильтяне, вот это будет интеграция. А у нас, говорит, в наших школах цель другая.
Дерибас тоже сказал пару напутственных. Училка рассказала моралите про мальчика, который забоялся идти в первый класс, а сам не умел ни читать, ни считать, и было ему несчастье, а потом соседский мальчик позвал его в школу, и было ему счастье.
Потом дети по очереди говорили свое имя и что любят делать. Эрик - первым: "Меня зовут Эрик, и я люблю плавать." Многие дети любили играть с братьями-сестрами, один любил чего-то делать на компьютере, один - играть в машинки, один - самый чистосердечный, франкофон, кстати - любил конфеты кушать. Вот, говорит Учительница Мирьям, а в конце года мы у них снова спросим, и что, вы думаете, они ответят? Спать, что ли, думал я. "Учиться!" Поживем - увидим.
Зашла еще медсестра про прививки, зашел начальник подвозок, и тут как-то и все. Настоящий учебный день будет сегодня. Правда, короткий - вторники и пятницы короткие.
Потом зашли в недавно открывшееся кафе, выпили там кофейку с бутербродами (надо сказать, офигительными - это у Томера на Азе), Эрик скушал эклер с яблочным соком. И на автобусе поехали домой. И мы сели на колесо, а Эрику разрешили постоять в гармошке, и он стоял там и качался и подпрыгивал, и был счастлив совершенно.
Вечером же съездили торжественно поужинать в Хават аТавлиним в Эштаол, хорошее место, любим мы его. И все как-то было хорошо.
Но они пошли в разные школы и в другой стране. Анютка не допустила меня выйти из машины возле ее школы, не то что сфотографировать ее. И стояла там, трепясь с подругами, такая вся длинная и красивая, в зелененьком таком. Зеленый период у нас теперь. После розового и черного.
Эрика же сфотографировать получилось.
Посадил его на первую парту в ряду у окна. Это самое лучшее место в классе. Из окна идет воздух (кондиционеров в школе нету), в окне зелень и время от времени проходят незаметные дяденьки в штатском с проводком в ухо - за углом резиденция премьер-министра. С Эриком сел мальчик Лиор, его приятель еще по кайтане, тоже русскоязычный. Вообще русскоязычных в классе человек 10 из 16. Учительница Мирьям месяце на шестом-седьмом. Зашел дерибас, а с ним - главный директор сети школ. Тот рассказал, что в пятницу был йорцайт Дедушки-Основателя, и тот явился ему, главному директору школ, во сне, и улыбался и пожелал, чтобы мечты сбывались: вот он же мечтал основать сеть школ для детей новых репатриантов, чтобы в ней и светское образование было на высочайшем уровне, и чтобы ученики узнавали, что такое жить евреем. Кажется, так точно выразился. И вот, пожалуйста, стоят эти школы от Акко до Арада. И вот он недавно ездил в Ашкелон по делам тамошней школы, и тамошний чин из гороно сказал, а на фига нам такие школы, у нас цель - интеграция, пусть, говорит, у меня русские дети научатся ругаться матом, как коренные израильтяне, вот это будет интеграция. А у нас, говорит, в наших школах цель другая.
Дерибас тоже сказал пару напутственных. Училка рассказала моралите про мальчика, который забоялся идти в первый класс, а сам не умел ни читать, ни считать, и было ему несчастье, а потом соседский мальчик позвал его в школу, и было ему счастье.
Потом дети по очереди говорили свое имя и что любят делать. Эрик - первым: "Меня зовут Эрик, и я люблю плавать." Многие дети любили играть с братьями-сестрами, один любил чего-то делать на компьютере, один - играть в машинки, один - самый чистосердечный, франкофон, кстати - любил конфеты кушать. Вот, говорит Учительница Мирьям, а в конце года мы у них снова спросим, и что, вы думаете, они ответят? Спать, что ли, думал я. "Учиться!" Поживем - увидим.
Зашла еще медсестра про прививки, зашел начальник подвозок, и тут как-то и все. Настоящий учебный день будет сегодня. Правда, короткий - вторники и пятницы короткие.
Потом зашли в недавно открывшееся кафе, выпили там кофейку с бутербродами (надо сказать, офигительными - это у Томера на Азе), Эрик скушал эклер с яблочным соком. И на автобусе поехали домой. И мы сели на колесо, а Эрику разрешили постоять в гармошке, и он стоял там и качался и подпрыгивал, и был счастлив совершенно.
Вечером же съездили торжественно поужинать в Хават аТавлиним в Эштаол, хорошее место, любим мы его. И все как-то было хорошо.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject