![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Толкованием "Стены" я в свое время занимался со рвением и энергией, которые, будь они направлены в другое русло, могли бы кардинально изменить мою жизнь; что, в общем-то, они и сделали, не будучи.
Я подозревал и тогда, что я не один такой. Потом я это даже знал, но был занят уже другими делами. И вот, не прошло и двадцати пяти лет, как я вдруг наткнулся на сайт, занимающийся тем же самым.
И мне повезло, я сразу же прочитал на нем важную вещь:
Я стоял перед воротами дома, где Пинк Флойд играл свои первые сейшена. Мемориальная доска, правда, увековечила только Кейта Муна; наверно, потому что он уже умер. Может быть, у них не принято ставить памятники живым, как не принято у евреев давать детям имена еще живущих родственников. Могу понять.
Я подозревал и тогда, что я не один такой. Потом я это даже знал, но был занят уже другими делами. И вот, не прошло и двадцати пяти лет, как я вдруг наткнулся на сайт, занимающийся тем же самым.
И мне повезло, я сразу же прочитал на нем важную вещь:
When the wall finally comes down, I think that it is important to note that the bricks themselves are not destroyed, only the mortar is. The 'bricks' of lifes experiences cannot be undone, but it is the individual that holds them together as a barrier against the world outside.
Я стоял перед воротами дома, где Пинк Флойд играл свои первые сейшена. Мемориальная доска, правда, увековечила только Кейта Муна; наверно, потому что он уже умер. Может быть, у них не принято ставить памятники живым, как не принято у евреев давать детям имена еще живущих родственников. Могу понять.