pechkin | Эрик -- фантазии

Вечереет, темнеет. Мы гуляем на синагогах. Стоим и смотрим на "Края". Края у нас везде, где перед горизонтом нету города. А горизонт у нас просто везде. В тот раз он четко отличил, где АЯ, а где ГОАД. Белый город, хочу, чтобы он научился говорить. Белый и розовый город. Когда он уже не розовый, белые дома минут десять светятся сами собой, накопленным за день солнечным светом.

Эрик показывает на далекую башенку (БАСЬКА -- небоскребы в центре и церкви по окраинам) Аугусты-Виктории, подсвеченную, видимо, прожектором вдоль и говорит (за точность цитаты не ручаюсь): "ПАПА ТИ ТАМ СЕТЬКА ГАЙИТ". Папа, смотри, там свечка горит.

На следующее утро Эрик, которому не дали не то УГИ (раньше называлось ИДИ), не то НИКИ ("Милки"), сидит на диване, слегка дуясь, и слушает "Песню о звездах" в исполнении Гребенщикова и Васильева. Каким-то образом она оказалась на компьютере. Не "Текила-Джазз" же ребенку ставить. И Гребенщиков там выводит "Но есть такие люди..." А Эрик ему возражает, бухтя "НЕТ УДИ, УДИ ПИТ" ("спит").