(no subject)
01.11.02
Позавчера была гроза.
Вчера был всеиерусалимский день вылета муравьев. В пол-седьмого утра муравейники, представляющие собой ямки в бурой земле, блестели на низком слепящем солнце (я не сдал второй или третий тест из-за того, что забыл черные очки и просто не видел, куда ехать) муравьихиными крыльями и кипели, и каждую секунду от земли поднимались к небу пузырьками две-три муравьихи.
Гулять по утрам в такую рань весьма полезно: нашел черные очки, подошедшие Аньке, и часики, подошедшие Верке.
Но главная находка случилась сегодня: под синагогами между камней, полузасыпанная потоками размытой позавчерашней грозой земли, обнаружилась немаленькая кучка монет – в основном, старых израильских монет 70-х годов и раньше, всевозможных достоинств, очертаний и рисунков. Попадались среди них и иностранные монеты – испанские, французские, шведские – в верхнем дворе я как-то летом нашел неожиданно для себя 10-эревую монетку, которые так любил Карлссон, который живет на крыше – чешские, итальянские. Даже питерский жетон на метро, которые, кстати, я храню в отдельном месте, потому что они иногда пригождаются.
Вечером мы взяли всех – Маму, Муравья, Собаку – фонарик, и пошли за кладом. Набили еще раз полностью задний карман рабочих джинсов. Принесли домой, замочили в мыльной воде, завтра разберем и проанализируем – по годам, по достоинствам.
Про эти израильские старые деньги говорил нам пять лет назад старый-старый (наверно, уже отошедший к праотцам) ювелир с улицы Яффо в самом ее начале, что их стоит носить в кармане или в кошельке, они к себе деньги притягивают. Теперь у нас их очень много – чуть ли не килограмм – так что, найти бы только, где деньги лежат, так просто встал бы там рядом и ждал бы, пока все они ко мне притянутся.
Понять, откуда они взялись так глубоко между камнями, куда снаружи попасть рукой не очень-то легко, не очень-то легко. Но гипотезу о древнем происхождении клада (поначалу довольно стройную, ведь и Гило-Алеф строилось примерно в середине семидесятых) опровергла чешская монетка 1999 года. Да и жетон питерский, как я потом сообразил, в эту концепцию вписывается неважно.
Все остальное время готовился к алгоритмам, преодолевая мучительное желание сесть за клавиши и заняться «Ностальгической прогулкой» -- вдруг почему-то именно эта вещь появилась в голове в таком виде, который почти уже готов к оформлению. Новые вещи опять остаются где-то в туманном будущем, потому что по-прежнему не хватает мозговых ресурсов о них думать.
В школе установили контуперы со звуковыми картами, теперь можно носить наушники и слушать музыку из интернета. Сайт, запощенный dmtr (icsmir.чего-то там) слушается почти без перерывов. Послушал «Башню Рован», незнакомые вещи. Материал удивительно силен, очень неплохо сыгран и сделан, о качестве записи ничего не скажу, поскольку ничего в этом не понимаю. Несколько загладилось впечатление от виденного концерта. Я бы такое не слушал, но не оценить качество означало бы солгать.
По телевизору внезапно поймали «Хамишию Камерит» с новыми вещами – на тему секса в основном. Ох, я доберусь когда-нибудь до них, ох, я их переведу... Когда-нибудь на пенсии. Верка сказала, что мы столько вещей откладываем на пенсию, что пенсия у нас будет весьма горячим временем. Практически не продохнуть будет, столько дел.
Позавчера была гроза.
Вчера был всеиерусалимский день вылета муравьев. В пол-седьмого утра муравейники, представляющие собой ямки в бурой земле, блестели на низком слепящем солнце (я не сдал второй или третий тест из-за того, что забыл черные очки и просто не видел, куда ехать) муравьихиными крыльями и кипели, и каждую секунду от земли поднимались к небу пузырьками две-три муравьихи.
Гулять по утрам в такую рань весьма полезно: нашел черные очки, подошедшие Аньке, и часики, подошедшие Верке.
Но главная находка случилась сегодня: под синагогами между камней, полузасыпанная потоками размытой позавчерашней грозой земли, обнаружилась немаленькая кучка монет – в основном, старых израильских монет 70-х годов и раньше, всевозможных достоинств, очертаний и рисунков. Попадались среди них и иностранные монеты – испанские, французские, шведские – в верхнем дворе я как-то летом нашел неожиданно для себя 10-эревую монетку, которые так любил Карлссон, который живет на крыше – чешские, итальянские. Даже питерский жетон на метро, которые, кстати, я храню в отдельном месте, потому что они иногда пригождаются.
Вечером мы взяли всех – Маму, Муравья, Собаку – фонарик, и пошли за кладом. Набили еще раз полностью задний карман рабочих джинсов. Принесли домой, замочили в мыльной воде, завтра разберем и проанализируем – по годам, по достоинствам.
Про эти израильские старые деньги говорил нам пять лет назад старый-старый (наверно, уже отошедший к праотцам) ювелир с улицы Яффо в самом ее начале, что их стоит носить в кармане или в кошельке, они к себе деньги притягивают. Теперь у нас их очень много – чуть ли не килограмм – так что, найти бы только, где деньги лежат, так просто встал бы там рядом и ждал бы, пока все они ко мне притянутся.
Понять, откуда они взялись так глубоко между камнями, куда снаружи попасть рукой не очень-то легко, не очень-то легко. Но гипотезу о древнем происхождении клада (поначалу довольно стройную, ведь и Гило-Алеф строилось примерно в середине семидесятых) опровергла чешская монетка 1999 года. Да и жетон питерский, как я потом сообразил, в эту концепцию вписывается неважно.
Все остальное время готовился к алгоритмам, преодолевая мучительное желание сесть за клавиши и заняться «Ностальгической прогулкой» -- вдруг почему-то именно эта вещь появилась в голове в таком виде, который почти уже готов к оформлению. Новые вещи опять остаются где-то в туманном будущем, потому что по-прежнему не хватает мозговых ресурсов о них думать.
В школе установили контуперы со звуковыми картами, теперь можно носить наушники и слушать музыку из интернета. Сайт, запощенный dmtr (icsmir.чего-то там) слушается почти без перерывов. Послушал «Башню Рован», незнакомые вещи. Материал удивительно силен, очень неплохо сыгран и сделан, о качестве записи ничего не скажу, поскольку ничего в этом не понимаю. Несколько загладилось впечатление от виденного концерта. Я бы такое не слушал, но не оценить качество означало бы солгать.
По телевизору внезапно поймали «Хамишию Камерит» с новыми вещами – на тему секса в основном. Ох, я доберусь когда-нибудь до них, ох, я их переведу... Когда-нибудь на пенсии. Верка сказала, что мы столько вещей откладываем на пенсию, что пенсия у нас будет весьма горячим временем. Практически не продохнуть будет, столько дел.

no subject
> монетку, которые так любил Карлссон, который живет на крыше
Маленькую и блестящую, как российская копейка, с королевским вензелем на аверсе?
А Карлсон пятачки предпочитал... Правда, сейчас ему пришлось бы от этой привычки отказаться - исчезли они уже из обращения, судя по рассказам.