(no subject)

 Когда в далеком 88-ом году я сочинил музычку на стихотворение Роберта Бернса "Пусти меня на эту ночь", мне не могло придти в голову, что у этой песни есть продолжение. У меня в голове были только "Песни шута" Градского и "Скоморохов", и бэ-э-эшеные количества романтики, мокрого снега и неутоленной тоски.

А продолжение там таково, что парень девушку таки уговорил, хоть она и уверяла, что окошко примерзло, ключ у батюшки под подушкой, дверь скрипит и пол стучит; все эти технические трудности, как он и считал с самого начала, оказались преодолимы, но вот только в момент, когда "she let him in this ae night, this ae, ae, ae night, she let him in this ae night to dae the thing he ken Jo", даже нет - в самый критический момент у кровати провалилось дно, и на грохот прибежала матушка... и все кончилось, как полагается, хорошо.

У Бёрнса этого продолжения нет, по крайней мере, в книге.

(no subject)

 Песенка не так проста, как кажется на первый взгляд.

Вдобавок, замечательный пример вот той болезни, при которой всех людей узнаешь в лицо, но не вспоминаешь по имени. Но ведь вряд ли там снимались Сироткин и мой когда-то препод по матанализу?